Rednews.ru

Подписка

Подписаться на RSS  Подписка RSS

Подпишитесь на рассылку:


Поиск

 

Наш баннер

Rednews.ru

25.05.2001 10:18 | Совраска | Администратор

Наш долг - изучать, защищать русский язык

Лучший способ узнать человека -- его ум, интеллект, его моральный облик, его характер -- нужно только прислушаться к тому, что и как   он говорит, что и как он пишет.

Но язык не просто средство общения; он -- самая большая ценность народа, в нем воплощены труд, разум, воля и нравственность народа. В языке, посредством языка народ празднует свои победы, скорбит о своих бедах и поражениях.

Язык объединяет народ, цементирует государство. Как писал великий Гоголь, русский язык затрагивает все струны, какие ни есть в русском человеке, вносит в наши души святыню того, чего никакие другие силы не могут утвердить: вызывает нам нашу Россию, не ту, которую показывают нам какие-нибудь квасные патриоты, и не ту, которую вызывают к нам из-за, моря очужеземившиеся русские, но ту, которую извлечет она из нас же и покажет таким образом, что все до единого, каких бы ни были русские различных мыслей... скажут в один голос: "Это      наша Россия; нам в ней приютно и тепло, мы действительно у себя дома, под своей родной крышей, а не на чужбине".

История языка - история народа. Истоки языка -- в народных корнях, в семейно-родовых отношениях наших предков. Неслучайно в древнерусском языке одно из          значений слова "язык" было именно народ. Неслучайно в русском языке так много слов с корнем "род": народ, природа, родина, родник, родимый, родной, родинка и т.п. Русская ласка, русская нежность часто выражается в       родненький, родименький и т.п.

И, может быть, также не случайно, что если представители других народов называются по-русски именами существительными: француз, немец, англичанин, китаец, турок, чех и т.п., то русские именуют  себя именами прилагательными, подчеркивая свою связь, свою принадлежность к некоей высшей ценности -- к земле, народу, Родине, к русской земле, русскому народу, к России -- матери-родине.

Язык хранит нашу историю. Он -- память народа. Русь, Куликовская, Полтавская битвы, сражение при Бородино, Москва, Советский Союз, Ленинград, Сталинград, Великая Отечественная, Гагарин, спутник, Горбачев, Ельцин, Беловежская пуща -- в этих словах сконцентрирована наша история, наши победы, наши поражения.

Наш выдающийся историк и писатель Н.М. Карамзин был абсолютно прав, когда говорил: тот, кто не знает своего природного языка, тот дурно воспитан; тот недостоин называться русским, кто не гордится языком Святослава, Владимира, Дмитрия Пожарского, Петра Великого.

Разумное, заботливое, любовное отношения к своему языку -- обязательная черта образованного, нравственного человека, берегущего свое личное и гражданское достоинство.

Наш русский язык -- плод многовекового творчества русского народа, всех народов нашей страны.

Среди 3 тысяч языков мира -- русский язык один из самых красивых образных, музыкальных. Его словарный запас -- один из самых богатых. В 4-м издании "Толкового словаря живого великорусского языка" В.Даля более 220 тысяч слов; Далем записано более 30 тысяч русских поговорок и пословиц, конечно, их,      еще больше, по его справедливому определению, это - "ходячий ум народа, соль языка, народной речи, которая не сочиняется, а рождается сама". Вот некоторые из них: ждем-пождём, что-то наждем. Худо тому, кто добра не делает никому. Лучше хлеб с водой, чем пирог с бедой. Что мучит, то учит. Что посеешь, то и пожнешь. Доносчику первый кнут. Наступил на зубья - грабли в лоб. Дай на прокорм казенную корову -- прокормлю и стадо свое. Не бойся закона - бойся судьи. Два медведя в одной берлоге не уживутся...

Поистине -- в русских пословицах словам тесно, а мыслям просторно.

Русские слова чрезвычайно многозначны. Например, простое русское слово идти имеет более 40 различных значений.

Русский язык формировался вместе со своим народом. Он формировался на широкой равнине, соединенной с Востоком и Западом, Севером и Югом. Его истоки прежде всего в многонациональности государства Древней Руси, в которое входили на равных        основаниях с восточными славянами угро-финские народности (чудь, меря, весь) и многие тюркские народы. Но его корни не только в собственной почве, но и в Византии, а через нее -- в античности, в славянском юго-востоке Европы, а также и Скандинавии. Русь в XI-XII веках тесно соприкасалась с венграми,   западными славянами.   Все  эти соприкосновения на широком пространстве Европы и Азии оказали огромное, благотворное воздействие на формирование нашего русского языка.

Наша природа -- широка, привольна, раздольна, бесконечна. Эти ее свойства нашли свое отражение во многих словах нашего языка. В таком, например, специфическом русском слове, как воля. Воля -- не просто, не только свобода, воля -- больше, чем свобода. Это свобода, соединенная с безоглядными просторами русской земли. Русский хочет не только свободы, он хочет воли, "погулять на воле". В других языках нет подобного, соответствующего по смыслу, слова.

Русское слово удаль также очень специфично. Это    -- не просто мужество, смелость, храбрость. Это -- храбрость в широком поле, это беззаветность в бою, это полное игнорирование какого-либо расчета, счета, сколько же перед тобой врагов. Да сколько угодно! -- это -- удаль, в этом проявляется русская удаль.

Подвиг -- тоже специфическое русское слово. Н.Рерих специально отмечал, что равнозначного по смыслу слова нет в других языках.

Русское понятие правды также более широко, чем в других языках. Правда в русском языке -- не просто истина (как в других языках), правда -- справедливость. Когда русские ищут правду, то они ищут не только и не столько истину, сколько справедливость. Справедливость для русских даже более важна, нежели истина.

Бескрайние русские просторы, своенравие климата и почвы сформировали и такое специфическое русское слово -- авось, такую специфическую русскую черту характера, как надежда на авось. Поскольку суровый климат обманывает ожидания русских, постольку они капризам природы зачастую противопоставляют собственный каприз. "Эта наклонность дразнить счастье, играть в удачу и есть великорусское авось", -- подчеркивал выдающийся русский историк. В.О. Ключевский.

Писатель В.А. Гиляровский в часто слышимых русских словах "авось", "небось", "ничего" также видел отражение черт русского характера. Плохих или хороших? Гиляровский в этих удивительных русских словах находил воплощение непоколебимой силы русского духа. У него есть рассказ "Ничего". Во время русско-японской войны 1904--1905 годов отступающие русские солдаты идут, едва передвигая ногами, томясь от жажды, под жгучими лучами солнца. На вопрос: "Устали?", отвечают "Ничего!". Раненый на вопрос: "Больно? Не позвать ли доктора?", -- отвечает "Ничего". Писатель В.И. Немирович-Данченко стоит на вершине сопки, делает заметки в свою книжечку, а кругом рвутся гранаты. "Василий Иванович, опасно, уходите!", и он - "Ничего"... Да, это великое Слово, в нем непоколебимость России, в нем могучая сила русского народа... только могучему организму все нипочем! Ничего! Вытерпим! -- говорят и терпят. Слабый будет плакать, жаловаться и гибнуть там, где сильный спокойно скажет: "Ничего!" -- Так завершает своей рассказ В.А. Гиляровский. (У В.Даля: авось -- великое слово. Авось -- не бог, а полбога.).

Правда, по мнению русского философа И.А. Ильина, авось -- свидетельство неоформленности русского характера, его чрезмерной широты, приводящей к тому, что русский обыкновенно преодолевает все затруднения не путем дальновидного расчета, а посредством импровизации в последнюю минуту. Все это, считает И.А. Ильин, доказывает, что проблема русского характера все еще не разрешена. Он колеблется между слабохарактерностью и высшим героизмом.

Думаю, что момент истины в этом суждении философа есть.

Яркий пример, подтверждающий связь русского языка с природой, с нашими просторами -- русская лирическая песня. Как правило, она протяжна, в ней также отражается устремленность русской души к широким просторам. Не случайно, русские песни поются лучше вне дома, на воле.

Свидетельством, доказательством связи русского языка и природы России является то, что многие слова в русском языке произошли от явлений природы. Например, от цветов - цвет. В немецком языке, в частности, такой связи нет: Die Blumen -- цветы, die Fabre -- цвет. Во французском языке также: Fleur -- цветы, соuleur (цвет). В английском -- также: flower -- цветок, соlour -- цвет.

Язык, произрастая прежде всего на своей родной почве, "вырабатываясь на своих дрожжах" (В.Даль), конечно же, постоянно изменяется,  совершенствуется. Жизнь идет вперед, и язык -- тоже. Ученые-лингвисты считают, что язык относительно неизменным может оставаться от 60 до 100 лет. Затем он в результате утраты старых и образования новых слов, новых правил их употребления приобретает новое качество.

Сегодняшние молодые люди, наверное, уже не знают, что это такое примус, керогаз, репродуктор.

А их дедушки и бабушки, во всяком случае, прадедушки и прабабушки не знали, что такое транзистор, магнитофон и даже телевизор. Мы сегодня без специальной подготовки вряд ли сможем прочесть и понять книги и тем более рукописи прошлых веков. А ведь в этих книгах и рукописях -- история народа, история страны и великие сокровища нашей культуры.

Выдающиеся русские общественные деятели, ученые, писатели всегда бережно и творчески относились к языку. В соответствии с новыми потребностями жизни искали и находили новые слова. Петр Великий ввел в русский язык, например, такие слова, как чиновник, подданный, всероссийский, общество, население, обыватель и другие.

Кстати, Петру же принадлежит заслуга введения в русский язык слова "фамилия" и узаконения фамилии.

Долгое время, до XV--XVI вв. у русских не было ни фамилий, ни отчеств. Право на отчество имели только царь и представителя высшей знати. Например, царь Иван Васильевич. Простой человек должен был называться так: Иван Васильев сын. Что касается фамилий, то они пошли от ремесла; например, Васька -пушкарь, Алешка -- кузнец, Ванька -- рыбник и т.п. В некоторых случаях -- от прозвища: Федор Воробей и т.п. Петр, повторяем, узаконил фамилии.

Ему же принадлежит важная роль в совершенствовании деловой переписки.

Первые официальные письменные обращения назывались челобитными. Почему? До этого никаких бумаг не писали, являлись лично: били челом, то есть лбом, головою о землю. В челобитных челобитчик хитрит, именует себя уничижительно, даже если он боярин. "Бьет челом холоп твой государев князя Юрьев сын Мещерского Алёшка".

Лишь Петр указал:

1. Полуименами  никому не писаться.

2. Обращаться: Вы, Ваш, Милостивый государь, Господин мой, Дражайший друг, Ваш покорный слуга и т.п.

Большую, неоценимую роль в развитии           русского языка сыграл М.В. Ломоносов. Он был убежден, что русский язык обладает красотой и мощью, превосходящими многие другие языки. "Карл Пятый, римский император, говаривал, что испанским языком с богом, французским -- с друзьями, немецким -- с приятелями, итальянским -- с женским полом говорить прилично. Но если бы он российскому языку был искусен, то, конечно, к тому присовокупил бы, что им со всеми оными, говорить пристойно, ибо нашел бы в нем великолепие испанского, живость французского, крепость немецкого, нежность итальянского, сверх того богатство и сильную в изображениях краткость греческого и латинского языка", писал великий русский ученый. Ломоносов -- создатель научной русской грамматики, основоположник русской прозы и русского стихосложения. А.С. Пушкин назвал М.В. Ломоносова "первым русским университетом". Ломоносов основательно пополнил словарь русских слов, сочинил много новых слов; в частности, он -- автор таких слов, как опыт, насос, частица, явление, равновесие, упругость, сопротивление, жидкие тела, земная ось. Д.И. Фонвизин дал жизнь таким словам, как осанка, ухватка,  пропасть (в смысле -- много), пешочком, не стоит ни гроша, все люди -- и славны бубны за горами! Борец против крепостничества А.Н. Радищев обогатил русский язык словами, имевшими важное политическое значение: гражданское право, положение, звание, народное правление, общее благо, дух свободы, общественная польза, неравенство, мрак невежества, образ правления, свобода, мысли, путы суеверия, сын отечества, разрушение оков, член общества, гражданин как понятие, альтернативное понятию - верноподданый.

Сочиняя новые русские слова, русские мыслители отнюдь не выступали против заимствования и использования иностранных слов. Главное -- чувство меры. Петр, открывший шлюзы иноязычности (вот только небольшой перечень употреблявшихся в его эпоху иностранных слов - фрак, жилет, церемония, вензель, армия, гарнизон, кухня, глобус, инспектор, рапорт, верфь, мичман и другие), вместе с тем требовал не злоупотреблять иностранными словами. "Так писать, как внятнее", -- приказывал он. Своему посланнику за рубежом Петр однажды грозно отписал: "В реляциях своих употребляешь ты зело много польских и других иностранных слов и терминов, за которыми самого дела выразуметь невозможно; того ради впредь тебе реляции свои писать все российским языком, не употребляя иностранных слов и терминов".

Решительным противником неумеренного заимствования иностранных слов был М.В. Ломоносов. "Заимствование колике удобно, толико и применяемо. К нему понуждаемые уточнением понятий мудрых народов и недостатком на нашем языке слов к выражению оных. Но язык не дойдет до совершенства, покуда вводит их не по нужде, а по буйственному пристрастию ко всему, что есть французское. Как не иметь природного самолюбия? Зачем быть попугаями и обезьянами вместе? Наш язык и для разговоров, право, не плоше других. Надобно отыскивать коренные слова, сочинять новые для письма и обыкновенных речей... Иноземное слово непристойно, когда есть свое, не хуже".

Огромен вклад в развитие русского языка, русской литературы Н.М. Карамзина, А.С. Пушкина, Н.В. Гоголя.

Н.М. Карамзин много сделал для того, чтобы приобщить русскую публику к литературе, к чтению книг. Правда, он стремился приохотить русских к утонченному (утонченность -- его термин) чтению. А.С. Шишков - критик Карамзина в известной мере был прав, когда в своем знаменитом "Рассуждении о старом и новом слоге Российского языка" отмечал, что карамзинисты "никогда не скажут дружба, не прибавляя "сие священное чувство, коего благородный пламень и проч." Должно бы сказать рано поутру, а они пишут "едва первые лучи восходящего солнца озарили восточные края лазурного неба". Вместо того чтобы просто сказать: "древнерусским девкам навстречу идут цыганки", Карамзин и его последователи пишут: "Пестрые толпы сельских ореад сплетаются со смуглыми ватагами пресмыкающихся фараонит"; вместо "окна заиндевели" напишут -- "свирепая старица разрисовала окна").

Конечно, в произведениях Карамзина были и манерность, и излишне усложненный слог, и чрезмерное "галломанство" и т.п. За это его весьма остро критиковал и В.Г. Белинский. Но Шишков нападал на Карамзина в сущности с консервативных позиций. В слове республика, употребляемом Карамзиным, Шишкову слышалось "режь публику".

Великим творцом русского языка русской литературы был А.С. Пушкин. Пушкин был подлинно народным русским поэтом. Он всегда, был в своей русской колее. Он никогда не упрощал и не усложнял язык. У него  все слова: и старые, и новые соразмерны, имеют нужные краски и нужный тон. Брада и борода, уста и губы, лоб и чело.

Он постоянно использует народные выражения: красна девица, добрый молодец, очи соколиные, призадуматься, играючи да пируючи, людская молвь, конский топ, есть разгуляться где на воле. Ведь, правда, хорошо звучат эти слова!? Пушкин большое внимание уделял изучению русских сказок; с какой любовью он слушал сказки няни Арины Родионовны: "что за         эти сказки! Каждая есть поэма". Какие прекрасные стихи посвятил он Арине Родионовне:

 Подруга дней моих суровых,

Голубка дряхлая моя!

Одна в глуши лесов сосновых

Давно, давно ты ждешь меня.

 Пушкин настойчиво советовал: хотите узнать свойства русского языка, читайте простонародные сказки. Поэт и сам написал немало сказок. И, кстати, опять-таки -- специфическая русская черта: в русских сказках дурак умнее и счастливее всех самых "умных". Русский дурак по сути выявляет глупость чужую, в первую очередь боярскую и царскую. И опять-таки, неслучайно, русские выражения "ах, ты мой глупенький", "ах, ты мой дурачок" -- свидетельство любви, ласки, доброжелательства.

Пушкин с поразительной силой и красотой выразил русский народный дух. "Прикосновения" к родной земле, деревенский русский быт всегда придавали Пушкину новые силы, рождали творческое вдохновение. С какой точностью и чуткостью изображал Пушкин народный быт России! Прасковья Ларина, только что выйдя замуж и приехав в деревню, вскоре уже:

Езжала по работам,

Солила, на зиму грибы,

Вела расходы, брила лбы.

Ходила в баню по субботам,

Служанок била осердясь -

Все это мужа не спросясь.

 И совсем другой стиль, другой слог в "Медном всаднике", в котором Петр выступает как  тиран, как   все подавляющий деспот, как "горделивый истукан". В необходимых случаях Пушкин прибегал к торжественной риторике, используя для этого древние слова -- славянизмы:

 Прошло сто лет -- и юный град... полнощных стран краса и диво...

Из тьмы лесов, из топи блат... вознесся пышно, горделиво.

 Пушкин создал яркие, сильные духом образы русских людей: капитана Миронова, его жены, Пугачева, других участников грозных событий той эпохи. Вспомним разговор капитана Миронова и его жены перед приступом Пугачева. Он просит Василису Егоровну и Машу уехать в Оренбург, "там и войска, и пушек довольно". "Добро, сказала комендантша, -- так и быть, отправим Машу. А меня и во сне не проси: не поеду. Нечего мне под старость лет расставаться с тобою. Да искать одинокой могилы на чужой стороне. Вместе              жить, вместе и умирать". "И то дело, -- сказал комендант". Как просто, без всяких прикрас, показаны мужество и непоколебимая стойкость духа простых русских людей!

Гоголь в свое время охарактеризовал "Капитанскую дочку" как решительно лучшее русское произведение в повествовательном роде. Чистота и безыскусственность взошли в ней на такую высокую степень, что сама действительность кажется перед ней искусственной и карикатурной.

Н.В. Гоголь и сам внес огромный вклад в развитие русского языка, русской литературы. Он с огромным уважением, с великой любовью отзывался и писал о русском языке. "... Всякий народ своеобразно отличается каждый своим собственным словом,  в  котором отражается  его характер. Сердцеведением и мудрым познанием жизни отзовется слово британца; легким щеголем блеснет и разлетится недолговечное слово француза; затейливо придумает свое, не всякому доступное, умно-худощавое слово немец; но нет слова, которое было бы так замашисто, бойко, так вырвалось бы из-под самого сердца, так бы кипело и живо трепетало,    как метко сказанное русское слово".

Как сильно выражается русский народ! "И если наградит кого словцом, то пойдет оно ему в род и потомство, утащит он его с собою и на службу, и в отставку, и в Петербург, и на край света!

И как уже потом ни хитри и не облагораживай свое прозвище..., ничто не поможет...  Произнесенное метко...  не врубливается топором... Влепливается сразу..., -- одной чертой обрисован ты с ног до головы!"

Меткость, чуткость русского языка находит выражение в целом ряде примечательных названий; название ухо дается человеку, в котором все жилки горят и говорят, который миг не постоит без дела; удача -- всюду смеющий и везде успевающий; умный -- способный найти законную середину всякой вещи; удалой -- отважно рвущийся на дело добра.

Удаль, подчеркивает Гоголь, это чудное свойство, присущее одному русскому народу, дающее у нас и старцу молодость; это свойство, которое вдруг сливает у нас всю разнородную массу в одно чувство, так что и ссоры, и личные выгоды каждого -- все позабыто и вся Россия -- один человек. ("Духовная проза"),

И, вместе с тем, Гоголь ярко показал, как в нашем языке отражаются пороки нашего русского характера. "Знаете, на таможне: обрадовался - вот отечество. Но первая фраза, которую я услышал на русском языке, было слово одного таможенного чиновника: чин чина почитай".

А стиль нашего обращения друг другу? -- продолжает Гоголь. Француз или немец почти тем же голосом и тем же языком говорят и с миллионщиком, и с мелким табачным торгашом... У нас не то... У нас есть такие мудрецы, которые с помещиком, имеющим двести душ, будут говорить совсем иначе, нежели с тем, у которого их триста..., -- словом, хоть восходи до миллиона, все найдутся оттенки...

Или, положим, существует канцелярия. Как сидит,     говорит с подчиненными правитель канцелярии, -- да просто от страха и слова не выговоришь! Прометей, орел! Но тот же орел к кабинету начальника приближается такой куропаткой, что мочи нет.

А в кого превращает людей рабство крепостничества? Люди торгуют людьми; торгуются, сколько стоит душа? - два с половиной целковых!  Владелец крепостных может попирать их человеческое достоинство, в любой момент высечь. "Вот я тебя высеку! -- говорит Чичиков своему извозчику. И тот отвечает: как милости вашей будет завгодно, коли высечь, то и высечь; я ничуть не прочь от того. Почему же не посечь, коли за дело, на то воля господняя. Оно нужно посечь, потому что мужик балуется;... посеки, почему же не посечь?"

В этих словах -- боль. Как дурно мы живем, как много еще рабства в наших душах!

Как и Пушкин, Гоголь был противником языковых красот. Он беспощадно высмеял жеманных дам городка N, которые говорили: я облегчила себе нос, я обошлась посредством платка, вместо того чтобы сказать просто: высморкалась.

Русский мыслитель, философ и писатель. В.В. Розанов отмечал, что в XIX веке русская литература пережила три стиля: карамзинский, пушкинский и гоголевский. Карамзин идеально освещал действительность. Его творения похожи на прекрасную римскую тогу, накинутую на плечи скифа. Россия с любовью посмотрелась в зеркало, которое он ей подставил; и, хотя немного обманулась, увидя красивое свое отражение, но обманулась самым благородным, самым полезным образом, все время улучшаясь по показаниям немного неправдивого зеркала, которое и льстило, и манило, и давало силы к улучшению.

Пушкин был более мудр. Он выразил русского в совершенной естественности. Карамзин украшал русского. Пушкин показал красоту его. Он разбил зеркало. Взамен внешней красивости он вызвал наружу русскую душу, открыл русскую душу. Только с Пушкиным начинается русский настоящий патриотизм, как уважение русского к душе своей, как сознание русского о душе своей.

В Пушкине отозвались все черты русской природы. "Капитанская дочка" -- начало настоящей русской прозы. В первый раз в литературе выступили истинно русские характеры: простой комендант крепости, капитанша, поручик, сама крепость с единственной пушкой, бестолковщина времени и простое величие простых людей... "Много готовилось России добра в этом человеке".

А Гоголь, по Розанову, был первым русским писателем, который показал "всю Россию "бездоблестной", показал все "немощи" ее.

При Карамзине русские мечтали, Пушкин нас утешил, а Гоголь дал нам неутешное зрелище России.

Гоголь с такой невероятной силой показал убожество русской жизни, что в стране сразу же явился взрыв такой деятельности, такого подъема, какого за десятилетия нельзя было ожидать в России. После Гоголя стало не страшно, не жалко ломать, -- подчеркивает Розанов.

В развитие языка, литературы, в целом русской культуры внесли огромный вклад также и такие русские писатели, как И.С. Тургенев, Ф.М. Достоевский, Л.Н. Толстой, в советское время -- А.М. Горький, А.Толстой, М.Шолохов, Л.Леонов, К.Паустовский -- перечень имен в данном случае бесконечен. Наши писатели глубоко восхищалась красотой, гибкостью, мощью русского языка. "Нельзя верить, чтобы такой язык не был дан великому народу" (И.С. Тургенев).

Но они прежде всего и творили, создавали русский язык, его красоту и мощь.

Как прекрасны "Охотничьи рассказы" И.С. Тургенева! И это прежде всего потому, что написаны они простым, народным языком. "О друг мой, Аркадий Николаич! -- воскликнул Базаров ("Отцы и дети"), -- об одном прошу тебя: не говори красиво". Это "не говори красиво" было правилом самого И.С. Тургенева.

Русские писатели всегда стремились к простоте, к правде, точнее, быть может, к простоте правды. Во имя любви к правде русский человек зачастую был несправедлив к себе; эта способность русского к самобичеванию с огромной силой проявилась в творчестве Ф.М. Достоевского. И как он писал, осознание человеком "болезни есть уже залог его выздоровления, его способности оправиться от болезни. Сила самоосуждения прежде всего -- сила. В осуждении зла непременно кроется любовь к добру.

И еще важная черта русской литературы, русского языка и, естественно, русского народа -- миролюбие (Д.С. Лихачев: Заметки о русском). В русской литературе нет или почти нет произведений, воспевающих наступательные походы. Все -- об обороне отечества: от половцев, татар, шведов, ливонских рыцарей, поляков и т.д. Заметьте, "Война, и мир" Л.Толстого также заканчивается обороной. О заграничном походе русской армии он уже не пишет. Зато с какой любовью великий писатель описывает подвиги русских во время Крымской войны в "Севастопольских рассказах"!

Д.С. Лихачев отмечал также такое оригинальное, присущее русским свойство, как способность сочувствовать даже врагам, когда на них обрушиваются беды и несчастья. В повести "Казанская история", посвященной завоеванию Иваном Грозным Казани, с           уважением говорится о храбрости и мужестве казанцев. Гибель воинов оплакивается автором без разбора, их национальной принадлежности. С особым лиризмом описывается плач казанской царицы Сююмбеки, увозимой в Москву. По мнению Д.С. Лихачева, с ее плачем могут сравниться в русской литературе только плач Ярославны, плач по Дмитрию Донскому и плач Евпраксии по погибшем от Батыя.

Больше читайте классиков нашей литературы. При каждом новом обращении к классике вы будете находить    себя что-то важное, что непременно пригодится вам. Без русской литературной классики вы никогда не поймете свою страну. Сами наши великие писатели всегда обращались к сокровищам нашей литературы и                поддерживали то стремление в соотечественниках. Л.Н. Толстой, в частности, решительно настаивал на составлении книг из избранных произведений древнерусской литературы и радовался, что у нашего народа, есть чутье, "тянущее его к древнему русскому".

Бесспорно, русский язык -- живой язык,              жизнь. Он развивается, обогащается. Многие слова уже не употребляются, другие произносятся иначе. Ломоносов, например, допускал сравнительную степень на -- яе (светляе), считал, что лучше говорить толкаючи,         толкая. Н.М. Карамзин говорил: домы, ярмонка, постеля. А.С. Пушкин: цалует. Теперь мы уже так не говорим. Разумеется, язык развивается, обогащается не только на своей "почве", а и взаимодействуя с другими языками. Вместе с тем, выдающиеся русские люди не хотели вздыхать по-английски, любезничать по-французски, фантазировать по-немецки. Истинный вкус, подчеркивает Пушкин, в чувстве соразмерности и сообразности. Можно и нужно заимствовать чужой способ вязания чулок, но стыдно заимствовать чужой образ жизни, чужой образ мышления, -- писал В.О. Ключевский. Заимствования из других языков возможны, если они не калечат, не портят свой язык. Не превращают его в нелепую смесь "французского с нижегородским". Вспомним, с каким негодованием писал о подобном смешении языков А.С. Грибоедов, вспомним, как он с горечью восклицал:

 Воскреснем ли когда, от чужевластья мод?

Чтоб умный, добрый наш народ

Хотя б по языку нас не считал за немцев.

 В свое время В.И. Ленин решительно выступил против "французско-нижегородского" "словоупотребления"; в качестве примера вредного "чужесловия" он избрал, в частности, слово "будировать". "Например, употребляют слово "будировать" в смысле возбуждать, тормошить, будить. Но французское слово "bouder" (будэ) значит сердиться, дуться", -- разъяснял Ленин. "Русский язык... портим. Иностранные слова употребляем без надобности... К чему говорить "дефекты", когда можно сказать недочеты или недостатки или проблемы?"

Замечательный наш писатель В.Распутин также    считает, что заимствование иностранных слов отнюдь не безобидно. С помощью этих слов скрывается суть вещей. У всех этих инноваций, дилеров, киллеров, электоратов, саммитов, инаугураций, презентаций, менеджеров, маркетингов, трансфертов и пр. и пр. есть смысловые соответствия в русском языке, пусть изредка не в одном слове, пусть в двух, но точных, емких, а главное -- понятных... Языковая оккупация пришла к нам вместе с оккупацией экономической и культурной (политической)...".

И все-таки наш народ отторгает языковую оккупацию. И это -- главное, подчеркивает В. Распутин. Не покорен язык, жива культура, жив и народ. Народ защищается от языковых оккупаций, придавая чужим словам зачастую противоположный смысл. "Вспомним, как появилось в русском языке слово "шаромыжник" (ловкач, плут, любитель до чужого) от французского "cher ami" (милый друг), которым беспрерывно ворковали в богатых гостиных. Насмотревшись в нашествие Наполеона, на этих "сher аmi", русский народ изобрел "шаромыжника" со смыслом прямо противоположным. Наш язык сам пытается защитить себя и делает это настолько удачно и остроумно, что можно только диву даваться. Приватизация в полном соответствии со cвоей ролью превратилась в прихватизацию, демократия российского образца -- в дерьмократию, презентация приличного дела имеет в нашем языке вполне достойное слово -- "представление", а, презентация дела дурного получила перевод в жаргонном словечке "сходняк", "тусовка". Очень неплохо. Конечно, "подачка" в упаковке "трансферта", а безработный под именем "джобсикера" звучит невиннее, но кого мы этими обертками обманываем?"

Правда, в нашем языке есть немало и собственных жаргонных изобретений. Кайф, балдеть, кинуть, сечет, не сечет, возникает, клубешник, по ящику передавали, оттянись со вкусом, втирать, катить теле


blog comments powered by Disqus
blog comments powered by Disqus
Rambler's Top100 Яндекс.Метрика TopList